Главная » 2015 » Февраль » 13 » Мой первый поход, или Тордоки-ЯМЫ (+фильм)
20:34
Мой первый поход, или Тордоки-ЯМЫ (+фильм)

Начну свою историю, пожалуй, с рюкзака... Для данного похода он оказался совсем невместительным. Всего 50 л. Кроме того Кирилл, наш тренер, сказал его сильно не набивать, поскольку все будет перекладываться на месте. Поэтому после шестичасовой подготовки и сборки сего агрегата я отчаялась впихнуть в него запасные теплые вещи, которым свободного местечка, как мне тогда казалось, не находилось. Когда я приехала на обозначенное место встречи, мне еще в довесок дали один из мешков с общими продуктами. Я в шоке. Говорю, что не влезет, на что мне посоветовали, чтобы я спальник изнутри вытащила и прицепила сверху на рюкзак, но продукты обязана вместить. После сей процедуры я поняла, что даже все невпихуемое возможно все-таки впихнуть.

Сели по машинам и поехали. Наш микроавтобус вмещал в себя 7 человек. Ими оказались два «клубных» старичка, три моих одногруппника (новички, проходящие базовую подготовку в клубе «Тигрис») и один парень из моего родного города Комсомольска. Владивостокцы и другие ехали в остальных двух машинах. Так ехали мы примерно часов 10.

Доехали до первого лагеря, откуда надо было с утра трогаться. В 19:00 было уже довольно темно, поэтому все бросились на обустройство.

Новичкам, т.е нам четверым, для ночлега была выделена пятиместная палатка. Настало время для ужина, и тут я обнаружила, что не взяла с собой тарелку. Хорошо, что нашлась Катя и поделилась со мной своей кружкой. И Кирилл пренебрег некогда принятыми, как узналось, традициями и не заставил меня есть из котла.

На вторые сутки мы тронулись в поход через лес. Было не холодно, я даже в итоге разделась до свитера. Снег лежал уже, но терпимо, приходилось отчаянно перелазить через буреломы с большим грузом в виде рюкзака ориентировочно весом - 15-20 кг.

С непривычки сильно ломило спину. Но это было не единственное препятствие.

Весь лес был наполнен маленькими речушками, через которые приходилось перебираться либо надевая болотники - резиновые сапоги выше колена, либо (о ужас!) переходить по бревнышку.

Болотники были на несколько размеров больше моего, в итоге слетали с меня.

На первой же широкой речке я чуть не навернулась прямо в нее, но удержала равновесие, вовремя воткнув специальную палку в дно и тем самым зафиксировав себя. На следующих бродах у меня забирали рюкзак, чем упрощали мне речное шествие. А потом Кирилл забрал мой спальник, чем облегчил меня на 2,3 кг. После этого стало легче как будто даже дышать. И я уже смогла более-менее справляться с этим делом сама.

И тут бревно через широкую речку! Высота от бревна до реки небольшая, около метра, наверное. Однако речка была уж больно каменистая и… мокрая! Поэтому занырнуть туда совсем не хотелось. Вот это адреналин. Прыгать с тарзанки с 50 м не так было страшно. Молясь, я пошла вперед. Однако, чуть не упав, затормозилась и крикнула, что не смогу пройти. И тут на помощь пришла Евгения, которая посоветовала мне двигаться не спеша, приставными шажками, опираясь в бок палками. Ура! У меня получилось! Спасибо, Женя! Я все-таки благополучно прошла это бревно, надеясь, что больше не придется этого повторить. Наивная… Таким образом, выйдя в 8 утра, мы шли около 19 км. Периодически останавливаясь на мелкие перекусы и обед. В итоге к шести-семи часам вечера мы дошли до лагеря, из которого должны были тронуться в горы. У меня были ужасно мокрые ноги, аж все хлюпало внутри. Запасную пару обуви, говорили, что лучше сохранить до обратного пути. Я пыталась согреться у костра и подсушиться, но это оказалось нереально. Пошел снег, похолодало, вся куртка сверху намокла, штаны снизу превратились в обледенелые ледышки, которые просто невозможно было отчистить. Были единственные запасные сухие термоноски и штанишки, которые я решила сохранить таковыми до конца мероприятия и использовать их только для сна. Из-за отсутствия места одну из палаток ставить не стали, двух участников похода распихали по готовым палаткам. Нам достался Сергей. В итоге у нас получилось пять человек в палатке. Кроме того! Вдруг выяснилось, что мой спальник намок в пути. На что Кирилл предложил состегнуть нам два спальника и лечь троим, чтобы я была посередине. По итогу у нас оказалось всего два спальника, которые могут состегиваться между собой - Кати и Ильи. Однако Катя не выразила желания спать в тройке. На помощь пришел Леша, который предложил обменять ее спальник на свой. По итогу мне предстояло спать между двумя мужчинами, так как так теплее.

Нас с Лешей назначили дежурными, в обязанность которых входит встать в 6 утра, разжечь костер, сварить еду, вскипятить воду и всех поднять в семь для того, чтобы в 8 мы смогли двинуться в горы. Наконец все пошли спать.

Было ужасно. Ужасно холодно, ужасно тесно. Мы еле как влезли втроем в этот сгруппированный спальник. В любом случае, стало теплее, хотя бы потому, что на мне не было всей этой мокрой одежды. Но я так и не смогла уснуть. Я лежала на боку, поскольку места совсем не было. Бедро периодически затекало... Еще я почувствовала, как на меня взвалили руку и ногу, и мне стало еще неудобнее. Но все-таки так было теплее, поэтому приходилось терпеть. Леша лежал с краю возле холодного края палатки и периодически дрожал от холода. Я чувствовала себя виноватой. Ведь именно из-за того, что мой спальник промок, ему пришлось махнуться более теплым своим. Тут запиликал будильник... И я осознала пугающую меня вещь – необходимо вставать и надевать все мокрое и холодное. Пришло дежурство.

Первым встал Леша, а я потом. Я рассчитывала, что хотя бы носки за ночь в палатке высохнут. Однако из-за конденсата они намокли еще больше. Пришлось их выжать и надеть на босу ногу. Ощущение не из приятных. Далее я натянула мокрые снизу, уже частично растаявшие ото льда, штаны и столкнулась с ужасной проблемой... За ночь мокрые кроссовки заледенели и просто отказывались влезать на мокрые, без того замершие ноги. Пришлось вдеть только пальцы ног, вылезти из палатки и просто прыжками вдолбить себя в обувь. Ура! Получилось. Однако шел снег...

Было холодно и всю нашу поляну буквально завалило белым полотном, включая палатки. Мне приспичило в туалет... Пришлось отходить от лагеря на определенное расстояние. Это было ужасно. Я проваливалась в снег буквально по колени, пару раз падала, запинаясь об ветки, скрытые рыхлым снегом. Еле как я осуществила свою миссию. Насчет дежурства я сразу сказала Леше, что ничего не могу. Поэтому он почти все сделал сам: натаскал дров, разжег костер, разбудил лагерь. Алексей из Владивостока сходил на речку за водой, помог поставить котлы. Совместными усилиями мы сварили крупу и приступили к утренней трапезе. Главный в походе, КМС Александр Краснолуцкий, пошел пробивать тропу на гору, чтобы принять решение о возможности восхождения на нее или же уже повороте в обратный путь. Я начала молиться, чтобы мы повернули обратно. Ибо в моем мозгу не складывалась картина, как я буду в таком мокром и замершем состоянии лезть на гору. Мы остались у костра ждать решения. Поскольку вся одежда снаружи была мокрой и не хотелось ее мочить еще более, я поверх надела плащ-дождевик, что рассмешило других участников похода.

Пришел Александр и сказал, что сегодня придется отсиживаться в лагере, а завтра посмотрим, что решим. Ибо если будет идти снег, то нет смысла подниматься на гору. Тут я взмолилась еще больше, поскольку лезть на гору, надевая груду железа, утопая в снегу, который под собой таил много опасностей, не имея ледоруба, которого на меня не хватило, толком не отработав подъемы на веревке, отнюдь не выглядело для меня перспективным. Тут застучал дятлом другой вопрос - зачем я вообще пошла в этот поход. Ведь погодные условия оговаривались сразу. Почему не взяла много теплой одежды, на что рассчитывала и о чем думала. Люди специально приехали из Владивостока, Комсомольска, чтобы покорить гору, а я тут молюсь об обратном. Это, по меньшей мере, эгоистично.

С этими мыслями я решила удалиться в палатку и там отсиживаться, поскольку начала чувствовать, что у меня начинают отмораживаться пальцы на ногах, ибо внутри все по-прежнему хлюпало.  Как же хорошо надеть все сухое, залезть в спальник. В таких походах начинаешь ценить вещи, которые ранее для тебя были чем-то обычным. Например, пара сухих носков и горячий чай. Натянув на ноги вышеупомянутые носки, я в них положила специальные самонагревающиеся подушечки, которые были, правда, для рук предназначены. И спустя несколько минут почувствовала, как пальцев касается приятное тепло, они начали отогреваться. Катя пришла ко мне и составила компанию. Я сказала, что даже если завтра и решат лезть на гору, то я не пойду. Не факт, что я бы так и сделала, потому что очень упертая, но на том этапе была готова сдаться. Настало время ужина, готовилось что-то вкусненькое. Макароны с колбасой! Но я не смогла представить, как снова выйду из палатки, проделав процедуру по надеванию мокрой одежды заново. И сказала, что не буду ужинать. Если честно, особо я есть и не хотела. Однако Кирилл наказал, что все должны быть сыты для восстановления сил, и попросил кого-нибудь из группы принести мне еду в палатку. Это был Леша. Большая ему благодарность, ибо обычные макароны с колбасой, действительно, показались вкусными! Наконец настало время сна. Это на самом деле вообще для меня парадокс. Я уже забыла, когда последний раз ложилась раньше часа, а тут в восемь вечера. Обиднее всего, что мне так и не удалось отоспаться. И это время просто ушло в никуда. В связи с тем, что Кирилл, пытаясь отряхнуть свою обледенелую палатку от снега и льда изнутри, пробил в ней дыру, у нас в палатке на одного человека стало больше. Ксения от них ушла к нам.

И теперь пятиместная палатка, в которой, по слухам, отдыхало некогда семь человек, должна была вместить шестерых. Стало еще теснее, но и теплее в то же время. Однако конденсат усилился и замерзал на палатке льдом. Откуда-то сверху периодически в небольшом количестве стали капать капли, особенно при попытках отряхнуть палатку от усиливающегося снега. Ведь Сергей любезно рассказал нам сказку на ночь о том, как однажды ночью засыпало снегом палатку туристов и они там все задохнулись. Опять я получилась зажатой. Люди вокруг стали засыпать, что было понятно по чьим-то похрапываниям. Парни рядом тоже, что чувствовалось по расслаблению их мышц и подрагиванию частей тела. Однако заснуть мне так и не удалось, поскольку приходилось постоянно ворочаться, чтобы избавиться от нытья в бедре. Похоже, что Леша тоже плохо спал, так как периодически дрожал от холода.

Вдруг я услышала какие-то странные звуки: кто-то скребся об палатку. По всей видимости, пытаясь сделать подкоп. Кирилл говорил, что всю еду необходимо развешивать на деревьях, ибо лесные мыши сделают все, чтобы до нее добраться и сгрызть. Мне было ужасно любопытно, как выглядит эта самая мышь. Однако я решила притвориться спящей от греха подальше. Это мне помешал сделать Леша, который, поднявшись на локтях, сказал: «Вы это слышите?» Его вопрос повис в тишине, так как все спали. «Слышу», - ответила я. Шуршание прекратилось, и мы легли обратно, раздумывая, кто бы это мог быть…

И вновь пропиликал будильник, чем оповестил, что пора вставать. За ночь снег буквально завалил нашу палатку, и мы, выбираясь оттуда, скатывались вниз, словно с горки. Я, как всегда, выходила последняя, оттягивая неприятный для меня момент. На сей раз мои ботинки замерзли окончательно, и никакими усилиями ноги в них не влезали, будто те стали меньше на два размера. Я попыталась ослабить шнурки, однако они были настолько обледенелые, что при малейшем рывке начинали рваться. Оставив эти тщетные попытки, я на мокрые, уже полюбившиеся мне носки, надела сухую обувь и вышла. Аллилуйя! Было решено возвращаться. При сборах у нас произошла незначительная конфликтная ситуация с Катей. Дело в том, что за ночь ее спальник, которым, как известно, пользовались мы, чуть вымок снизу, его никто не хотел складывать и тем более нести. Я попробовала объяснить, что мы в этом не виноваты, просто в нашем углу лежали вещи и, возможно, с них натекла вода, кроме того был сильный конденсат и на нас буквально капало сверху. Подошел Кирилл и сказал, что мы можем набить друг другу морды, как только выйдем из лесу, а пока надо поберечь силы. Леша пошел и собрал ее спальник. Однако предпочел нести свой. Но я считаю, что это и правильно, поскольку его спальник был тяжелее.

 Шел четвертый день пребывания в походе. Часов в десять мы тронулись. Решили идти по прямой 9 км. Сначала до лагеря, где обедали, там переночевать, а потом до начального, откуда трогались. Это было еще ужаснее, чем казалось. Тропы теперь не было. Снега мне по колено. Впереди шли лидеры и пробивали тропу. Однако «тропой» это сложно было назвать. Снег скрывал много всяческих опасностей, начиная от воды и заканчивая сучьями деревьев, а также глубокими ямами.

Я старалась идти след в след. Однако там где впередиидущие прошли нормально, под тобой снег проваливался глубже, нога уходила в глубокую яму, я падала лицом в снег, и, только опираясь на палки, у меня получалось подняться, при этом рюкзак постоянно тянул вниз. Пришлось пробираться через сухую поросль, сухие палки больно били по лицу и царапали кожу. Мы шли группками. По трое, а то иногда и по одному. Всегда был замыкающий - сильный участник, но могло пройти много времени, прежде чем кто-нибудь успеет тебе помочь, поэтому я старалась держаться вблизи кого-нибудь. Однако все замерзали и норовили обогнать, приходилось их пропускать. Я могла идти долго, но в определенном медленном темпе. Пару раз таким образом я обгоняла отдыхающих или упавших людей. Несколько раз помогла подняться на ноги, потому что когда люди падали с тяжеленными рюкзаками, весом в 30 кг, встать почти нереально самому. Много раз я проваливалась в какие-то ямы и старалась выбраться самостоятельно, поскольку рядом никого не было, больно ударялась о бревна, которые были под снегом, рвала штаны о сучья, через которые перелазила. Снизу штаны задрались от набитого снега, и в итоге снег забивался в обувь и под одежду, касаясь кожи и намачивая сухие термоштаны. Я хотела сфотографировать ужасность сей ситуации, однако фотоаппарат не выдержал погодных условий, и объектив перестал открываться. В один момент впереди меня шел Илья, я услышала от него фразу «осторожно, ветка!» именно в тот момент, когда она со всей силы прилетела мне в лоб. У меня даже в глазах помутнело, сразу вспомнились сказки, где вокруг головы летают птички и прочие звездочки. Но виду я не подала и продолжила идти дальше, несмотря на это и боли в ушибленных ногах. После этого я решила, что лучше идти поодаль. А тут еще пугающие бревна через реки! Благо, на одном из них мне помогли. Речка была неглубокой, и Леша в болотниках просто провел меня по бревну, а Кирилл подал мне руку, помогая забраться на землю. Так повезло только Ольге, 21-летней девушке из Владивостока, и мне. Остальные перебирались сами. Либо по бревну, либо надевая чудо-сапожки. Вдоль речки просматривались следы лося, который очевидно сбился с пути, не зная, куда от нас уже убежать. Тут мы наткнулись на то самое длинное бревно через широкую речку. И я вновь испытала этот страх. Не смотря вниз, двигаясь мелкими шажками, держа равновесие, слившись с рюкзаком в одно целое, я в очередной раз осилила это испытание.

Где-то посередине пути я решила передохнуть и отошла в сторону, съела полюбившийся мне за время похода батончик «Сникерс». Тут меня нагнала Ксения, рассказав, что Катя упала в реку, благо, на неглубокий участок, с которого она смогла подняться, намокла, ее там переодели в сухую одежду. Мое воображение тут же нарисовало мне ужасную картину. Даже боюсь, что бы я ощущала, случись это со мной. Однако увидев в целом бодрую Катю, которая шла с остальными, успокоилась. И вот мы дошли до лагеря. Не буду врать насчет километров, но вроде 5. Ориентировочно часов в пять пришли. Начали готовить ужин. Я держалась весьма позитивно, несмотря на уже привычное хлюпанье в ногах. Иван из Комсомольска спросил, первый ли это мой поход, и посочувствовал. На что я ответила, что да, первый, и что сочувствовать-то, прикольно ведь, чем вызвала всеобщую улыбку. Потом начали парни говорить, как идут и чувствуют, что тяжело уже, а потом вспоминают обо мне, и им как-то стыдно становится, что я иду и не жалуюсь. Главный усмехнулся и сказал, что меня, видно, специально взяли, чтобы я мотиватором для других была.

Забравшись, наконец, в палатку, мы обнаружили, что спальник Ильи мокрый. Попросили совета у старших, которые были с нами в палатке, они лишь посмеялись, заметив, что если мы устроим секс на троих, нам и без спальников тепло будет. Потом предложили несколько абсурдных, на мой взгляд, вариантов и сказали решать нашу проблему самим. И при этом втроем заняли 2/3 пространства в палатке. Я попыталась оспорить занятую ими территорию, но в итоге решила поберечь нервы. Отвернулась и легла под спальник рядом с Лешей на пустые коврики, укрываясь сверху сухим спальником. Однако на ковриках каким-то образом скапливалась влага, и так спать было все-таки невозможно. Затем пришел Илья, рассудительно принял верное решение: подсушить у костра спальник. И почему я сама додуматься до этого не смогла? Правильно говорят, что одна голова хорошо, а две лучше. Он спас ситуацию, помог нам состегнуть спальники. Как я и думала, когда мы легли, то все были бочком. Илья и говорит, вы что, мол, такие там наглые, в прошлый раз мы на спине спали, и просто всех сдвинул в сторону. Тем самым приблизив нас к середине. Я попросила Илью поменяться с Лешей местами, ибо Леша и так уже две ночи спал с краю палатки, Илья согласился. Вот это я понимаю - поддержка и участие. Я надеялась, что это последняя ночь в палатке. И завтра мы уже дойдем до первого лагеря, где сядем по машинам и поедем. Ибо в таких условиях находиться больше не хотела. Леша сильно замерз, и ноги были ледяные, даже под штанами и носками. Я пыталась его согреть, обнимая рукой и закидывая свои ноги на него. При этом Илье, похоже, было тоже холодно, и он сказал, что будет не только на меня руки закидывать, но и на Лешу. Чтобы не дрожать от холода, мы взялись с Лешей за руки. Тем самым его рука служила определенным проводником тепла, которое распределялось по телу.

Наутро мне удалось впихнуть себя в уже оледенелые некогда сухие ботинки, по схеме выжала носки и поднялась. Ваня дал мне скотч обмотать штаны, чтобы не задирались при ходьбе и снег не попадал внутрь. Я обмотала, завязала на два узла и кончики, чтобы не болтались, повязала в бантики посередине. Главный, когда это увидел, засмеялся и сказал, что они развяжутся, за них будут цеплять ветки и т.д.. И что лучше их в узлы завязать. Я сказала, что все и так надежно и в любой ситуации надо оставаться девушкой, эти бантики принесут мне эстетическое удовольствие. Да уж… Наверное, эти бантики и вправду выглядели смешно на штанах, которые были порваны в четырех местах. Мы двинулись далее... Путь ничем не отличался от предыдущего. Только теперь снег не мог проникнуть непосредственно к ногам, спасибо Ване. С горем пополам, часам к двум, мы добрались до машины Кирилла.

Главный, завидев мои целые бантики, удивился, что они не развязались. На что я сказала: «Ну так завязывать надо уметь». Не знаю, но каким-то образом откопанной машине Кирилла удалось выехать по заснеженной дороге до первоначального лагеря, а мы пошли по «тропе», проложенной его колесами. Так шли мы около часа, наверное... Когда дошли до лагеря, возник вопрос в машинах. Автобус был на месте - вмещал семь человек, машина Кирилла - четверых. Необходимо было трем участникам дождаться третьей машины, которая должна была приехать шестого числа. Однако из-за непогоды неизвестно, что творилось с трассой, поэтому они могли остаться там на три дня и дольше.

Встал вопрос, кто это будет. Решили, что это будут точно не владивостокцы и не комсомольчане, так как у них билеты. В итоге выбрали Сергея - давно ходит в клуб, Илью - сам согласился, и про третьего сказали, что это кто-то из нас (Я, Катя, Леша). И тут я почему-то подумала, что по злому року это буду, конечно же, я. Ведь у меня нет детей и на работу мне 10-го. А провести еще три дня в одной и той же мокрой одежде, спать опять непонятно как и с кем представлялось мне чем-то кошмарным. Я даже закрыла глаза от страха в ожидании приговора. Однако тут Леша сказал, что точно не Риту и, после молчания Кати, вызвался сам.  Я отдала последние оставшиеся у меня теплые специальные самонагревающиеся стельки ему. Ведь прекрасно понимала, что им куковать там, возможно, очень долго. А у него мокрые ноги. Начали грузиться, и тут Ксения все-таки решила остаться вместо Леши. Мы двинулись в путь. Однако на пути встретили преграду в виде двух буксующих машин. Начали им подкапывать, толкать. Но в результате одно и то же, проехать не могли. В итоге эти две машины развернулись и поехали обратно. Но и мы проехать не смогли. Было принято решение с утра проложить тропу для колес: девушкам - ножками, парням - лопатами. Если и это не поможет, то вся надежда на грейдер. А пока заночевать прямо в машинах, сидя. Мы разделили продукты. Развели костер. Ура! Осуществилось мое желание, то, о чем просила: мы ночуем не в палатке! Наконец-то я нормально поспала. Мне даже два раза сон приснился.  Первый - что мы пьем чай у меня дома. Второй - что приехал грейдер, расчистил нам дорогу, мы почему-то все сели в поезд, высунулись из окошек и машем всем платочком.

Наутро была дана команда - парням копать, девушкам «тропить рельсы», все принялись за дело. Сказать откровенно – нелегкое это занятие, тропить тропу для колес. Так и ходили взад-вперед, прокладывая путь. Ноги болели, икры ныли. Однако не помогло это. Машины проезжали немного и снова буксовали. Нам понадобилась бы неделя, чтобы таким образом доехать до трассы. Было принято решение, что если до конца дня грейдер не приедет, то бросаем машины, идем больше 20 км до трассы, там ловим лесовоз и едем. Все начали шутить, что продуктов на один день и придется есть кого-то из группы. Что замерзнут и погибнут. Я подумала о маме. О том, что если я задержусь, связи нет, она будет очень волноваться, ей может стать плохо. И начала усиленно просить этот самый грейдер приехать быстрее. Не хочу сказать, что благодаря моим молитвам, но буквально через полчаса мы услышали жужжащий шум, выбегает главный из-за бугра и размахивает нам радостно руками. Приехал грейдер, расчистил дорогу, и мы смогли тронуться в путь. Трасса все равно плохая, но ехать можно. Алексей из Владивостока научил меня завязывать много новых узлов, он очень прикольный, мне понравился. Его жена, Лена, женщина лет 40, была крайне удивлена, узнав, что мы с ней коллеги. Она думала, мне 18. Во время похода постоянно называла «девчонка», «котик» и всячески помогала и поддерживала. Мы приехали только в час ночи. В итоге владивостокцы и комсомольчане опоздали на свои поезда. Однако Кирилл нашел, где им переночевать. Нас же всех за незначительную плату развез по домам водитель нашего автобуса… По приезду домой ко мне радостно бросился песик, и я еще больше осознала, что именно ради таких моментов и стоит жить. Поход на Тордоки-Яни подошел к концу, и я прекрасно понимаю, что теперь вернется все та же размеренная жизнь. В любом случае, очень сложно передать все ощущения и эмоции, полученные во время данного мероприятия. Всем советую попробовать и повторить такое.

Маргарита Массалитина

Фото автора и Ксении Ворожбицкой

Фильм Евгении Чекмаревой

Просмотров: 1071 | Добавил: Химера | Рейтинг: 3.8/4
Всего комментариев: 4
avatar
0
1 Химера • 01:56, 14.02.2015
Всегда, как вампир, заглатываю эти свежие, неиспорченные опытом первые впечатления. Ммммм! :)))) Дайте два!
avatar
0
2 Фроло • 09:34, 14.02.2015
Прочитал с удвоенным вниманием, периодически ощущая всем телом все что описывается) И мокрые ноги, хлюпающие ботинки, болящие ушибы... Даже рюкзак придавил) А фильм от Жени дополнил это 4D впечатление! Впечатление усиленно тем, что в этом походе я был просто обязан быть... Записывался правой рукой! И только ультимативные обстоятельства спасли ваши палатки ребята от  меня))) МОЛОДЦЫ.
avatar
0
3 hitocu • 23:24, 20.02.2015
Судьба и погода подарила отличные кадры, в такое ненастье за этими самыми кадрами и едут. Для восхождения конечно тяжко, рыбаки про этот снегопад еще за неделю знали.
avatar
0
4 Химера • 13:30, 25.03.2015
Так и участники похода знали. А сроки-то не сдвинешь, не перенесешь. Надеялись на чудо, с синоптиками чудеса порой случаются, но не в этот раз smile
avatar